Category: фантастика

Завтра, ДеньТВ

Александр Дугин - "Просыпаются существа, которых боятся даже в аду"


О том, как наша реальность постепенно трансформируется в мир, описанный Говардом Лавкрафтом.

·  Лавкрафт – представитель чёрной фантастики, не признанный при жизни. Экстравагантность идей и образов в его книгах производит большое впечатление: это ультрамаргинальная литература второго сорта, которая одновременно полна пронзительных, в силу стилистической беспомощности, элементов. Плохая литература подчас бывает лучше, чем хорошая – потому что хорошая «упаковывает» смыслы в эстетическую оболочку, а плохая оставляет мысли в сыром виде – в этом есть что-то запрещённое и в то же время притягательное. Это как смотреть, как варится мясо изнутри.

· Лавкрафт описывает миры, которые ниже чем материя, ниже низкого. На ум приходит география ада у древних греков – например, у Гесиода описывается двуступенчатая структура ада. В греческом представлении это два «этажа», далеко расположенных друг от друга. Есть ад, где живут души, покойники, Аид, при этом  тот мир напоминает жизнь на земле, там есть цари, туда можно спуститься и людям. Но есть следующий уровень – Тартар, который находится так же далеко от Аида, как Аид – от мира живых. Это некое субинфернальное заявление. Титаны были сброшены не в ад – они были сброшены под ад. Титанам запрещено подниматься даже в ад, который может оказаться в опасности, как и мир живых.

· Лавкфрафт описывает не столько инфернальные, сколько субинфернальные миры. Он называет их «старыми богами», которые пытаются выйти – Ктулху, гибрид человека и осьминога, образ Дагона, бога рыбы, из финикийской мифологии и пр. Эти божества морских бездн представляют главных героев его произведений, и они навязчиво повторяют одну и ту же тему – был человеческий мир, потом открылся доступ к инфернальным мирам – и люди либо гибнут от ужаса (тот ужас, что страшнее смерти), либо парадоксальным образом герои, как в «Тени над Иннсмутом», обнаруживают, что они потомки Ктулху и других богов-идиотов, бросаются в море, раскрывают жабры и с радостью представляют инфернальных богов.

· Казалось бы, второстепенная маргинальная фантастика – какое это имеет значение? Сама идеология Лавкрафта дышит маргинальностью. В 1990-е годы вообще странное увлечение Лавкрафтом в российском интернете привело к тому, что многие нашли Ктулху весёлым и придали этому меметическое свойство.

· А вот сегодня в восприятии Лавкрафта происходит перерождение – он стал философским феноменом. Его открыли феминистки и объектно-ориентированные онтологи (ООО). Для объектно-ориентированных онтологовтопология  Лавкрафтовского мира стала блестящей иллюстрацией их идеи – в том, что необходимо освободить мир от людей, и открыть мир объектов как таковых. Представление о том, что человек со своей субъективностью нарушает течение минеральной жизни или предметов как таковых – основная идея ООО, являющейся доминирующим направлением в современной западной философии. Западный мейнстрим вдруг обратился к Лавкрафту как к одной из доминирующих философских метафор. Между тем, Ктулху – это образ ультрадемона – не просто тени или беса, но столь тяжелого и страшного беса, что его даже в ад не пускают.

Продолжение: http://zavtra.ru/blogs/prosipayutsya_sushestva_kotorih_boyatsya_dazhe_v_adu.


Завтра, ДеньТВ

Галина Иванкина. Фантасмагория "Гавани"


Максим ШМЫРЁВ. Гавань. — М.: Эксмо, 2019. — 240 с.

Я откровенно не люблю два жанра: фэнтези и приключенческую литературу. В детстве тяготилась обязанностью "нормального" советского школьника читать Луи Буссенара и засыпала над тягомотиной Жюля Верна с Майн Ридом. В зрелые годы не осилила и половины "Хранителей" Джона Толкиена, не говоря уже о Гарри Поттере, который мне был скучен даже в киношном исполнении. Почему же я взялась писать рецензию на книгу Максима Шмырёва "Гавань", если эта вещь — соединение фэнтези с тем самым Луи Буссенаром? Нет! Зачем я решила её прочесть?

Ответ незатейлив и прямолинеен: мне нравится хороший русский язык, а выпускник Литературного института Максим Шмырёв знает его таинственные правила. Грамотная речь — сокровище. Я ожидала, что здесь не будет жаргона и примитива, равно как блогерского новояза и псевдо-молодёжной тарабарщины. Тем паче, статьи Шмырёва для газеты "Завтра" — по самым разным вопросам — всегда писались образно и небанально.

Продолжение: http://zavtra.ru/blogs/fantasmagoriya_gavani.


Завтра, ДеньТВ

Николай Стариков - "Загадки антипремии ВРАЛ (наука, лженаука, чёрный пиар и «грустный рептилоид»)"

Наука, лженаука, чёрный пиар и «грустный рептилоид». Что между ними общего? Чуть позже поймете.

Но начнём с другого. Что делать, если есть идея или информация, которую вам опровергнуть невозможно, а распространение ее нежелательно и вредит вашим интересам? Способ найден много веков назад. Надо выставить на посмешище, очернить не саму идею, а того, кто ее высказал. Бить не по информации, а по её носителю. Скомпрометируете его, тем самым скомпрометируете и идею, и информацию. Это одно из правил информационной войны, которое повторяется из раза в раз.

На уровне мировой политики найти примеры подобных действий вовсе не сложно, причем даже не в нашем времени. Идею монархии смогли подорвать, начав кампанию по дискредитации семьи Николая II. И не важно, что все обвинения в интимной связи с Распутиным, с передачей Германии военных секретов позже вообще не подтвердились. В среде офицерства, части народа осталось отрицательное отношение к царю, которое потом легко трансформировали в полное отрицание традиционной для России формы верховной власти.

В современном мире точно таким же образом демонизируется имя Сталина, чтобы создать информационный фон, при котором любое положительное упоминание о действиях вождя народов будет попросту невозможно. В России добиться такого эффекта никак не получается из-за стойкой народной любви к Сталину, а вот за рубежом сказать о нём, а значит, об СССР (в течение нескольких десятилетий), что-то положительное совершенно невозможно.

Теперь от уровня большой политики вернемся на уровень поскромнее. Хотя тут принципы действий точно такие же. Не можешь оспорить идею — очерни ее носителя.

Продолжение: http://zavtra.ru/blogs/chernij_piar_kak_eto_delaetsya.

Завтра, ДеньТВ

В новый состав Мосгордумы попали эльфы, считающие воссоединение Крыма с Россией "незаконным"


Пусть жители московских районов Аэропорт, Войковский, Коптево и Сокол полюбуются, кого они избрали в МГД. Не только жители, само собой. Но и те мудрецы-затейники с Тверской, 13 и Старой площади, которые санкционировали победу девушки Даши в округе № 8.

Интересы населения вышеупомянутых районов в столичном парламенте теперь представляет 31-летняя Дарья Станиславовна Беседина ("Яблоко", поддержана Навальным), для которой возвращение Крыма в Россию - "это просто незаконно, это незаконный акт". Общекрымский референдум 16.03.2014 "был сфальсифицирован", что "математически доказано".

Под занавес короткого ролика Беседина отвечает на вопрос о гомосятине: "Гей-парады — это совершенно нормальная часть политической дискуссии. Конечно, нужно разрешать любую политическую дискуссию".

Продолжение: http://zavtra.ru/events/v_novij_sostav_mosgordumi_popali_el_fi_schitayushie_vossoedinenie_krima_s_rossiej_nezakonnim.


Завтра, ДеньТВ

Альберт Нарышкин - "Человек-пингвин, Человек-муравей и Чилавек-чувак"


У нас на глазах, господа, оживает мемасик, воплощается в реальной жизни. Есть такое выражение у американцев, которому нет точного перевода в русском языке: «to look pretty». Обычно контекст употребления примерно такой:

— What should I do?
— Just stay there and look pretty.

«Что мне делать? — Не делай ничего, просто стой там и выгляди милашкой». Здесь не надо идти на поводу у вульгарного переводизма, в таком контексте выражение становится идиомой, а смысл её именно таков: не делай НИЧЕГО! Просто стой, ничего не трогай, ничего не делай, ничего не говори — ну и выгляди милашкой, чтобы ты хоть чем-то был занят.

В общем, в американской культуре это примерное отображение «зиц-председателя», только с долей юмора, потому что основной смысл: тебя не для того поставили, чтобы ты что-то делал, а чтобы ты был ширмой, чтобы не дай бог ничего не трогал и не решал, решать за тебя будут другие. Но раз уж тебя поставили, такого бессмысленного, то хотя бы выгляди милашкой.

Я вот смотрю на Зеленского и понимаю, что это не просто зиц-председатель, не просто ширма, которая должна маскировать олигархический колхоз и внешнее управление, но это ещё и «чилавек-чувак», который должен выглядеть очаровашкой для своих избирателей.

Продолжение: http://zavtra.ru/blogs/chelovek-pingvin_chelovek-muravej_i_chilavek-chuvak.


Завтра, ДеньТВ

Андрей Фурсов - "«Игра престолов» как проект будущего"


В интервью «БИЗНЕС Online» Андрей Фурсов рассказал, как «Игра престолов» размывает понятия о добре и зле у своих зрителей, почему из фэнтезийного Средневековья вынули христианство, кому мешал научно-технический прогресс 1960-х годов и зачем мечты о других планетах и звездолетах променяли на мир разврата и средневековых пыток.

«Мир «Игры престолов» — это мир убийств, подлости, разврата и жестоких пыток»

— Андрей Ильич, на мировые экраны выходит последняя серия монументального американского сериала «Игра престолов». Кинолента бьет миллионные рекорды по просмотрам и при этом вызывает очень неоднозначные отзывы критиков. С вашей точки зрения как историка и ученого, что такое «Игра престолов»?

— Прежде всего по конструкции мир «Игры престолов» — это комбинация трёх разных эпох. С одной стороны, там угадывается Античность, с другой — тёмные века, «Темновековье», то есть хронораздел между концом Античности и началом Средневековья. С третьей — там мерцает Высокое Средневековье; в частности один из вольных городов, Браавос, очень напоминает Венецию. В Браавосе есть каналы, плавучие дома и даже часть города, ушедшая под воду. И имеется хищный Железный Банк.

Все это вместе взятое можно охарактеризовать как докапиталистический и доиндустриальный мир, сложенный из Античности, Средневековья и некоторых элементов культуры Востока (кочевники, рабовладельческие города, напоминающие центры Восточного Средиземноморья и севера Африки, — нечто вроде Карфагена). Впрочем, всё это выглядит довольно органично. Другое дело, что люди, населяющие сложный придуманный мир, вовсе не кажутся обитателями Темновековья — их психология вполне современна.

Если мы сравним «Игру престолов» с другой масштабной фэнтезийной эпопеей — «Властелином колец», то бросается в глаза одно существенное отличие. И в книге у Джона Толкина, и в фильме у режиссёра Питера Джексона очень четко проводится грань между добром и злом. Более того, силы зла даже внешне выглядят ужасно и отталкивающе: это гоблины, орки или сам величайший враг свободных народов Средиземья Саурон. А эльфы, напротив, прекрасны и воздушны, да и люди неплохи. В «Игре престолов» эта чёткость утрачена, причем, вероятно, сознательно. Внешне люди из мира «Песни Льда и Пламени» могут выглядеть абсолютно нормально и привлекательно, но при этом быть уродами в душе.

Продолжение: http://zavtra.ru/blogs/pod_vidom_igri_prestolov_nam_demonstriruyut_versiyu_budushego_vpered_v_srednevekov_e.