Category:

Владимир Бушин: Пушкин в ЦДЛ. (часть I)

Отверзлись вещие зеницы… 

Четвертого декабря в Москве состоялся пленум Союза писателей России, посвященный шестидесятилетию его создания. Он состоял  из двух частей: было утреннее деловое  заседание, прошедшее в помещении Союза на Комсомольском проспекте,13,  и вечернее, которое правильнее назвать тожественным вечером  – в Клубе писателей на Большой Никитской.

Пленум предваряло весьма знаменательное  деяние по почину председателя Союза Николая Федоровича Иванова: на территории шолоховского Музея-заповедника в станице Вешенской силами Союза незадолго до юбилея был разбит большой фруктовый сад: посадили  60 яблонь и 35 груш. Яблони - это юбилей Союза, а вместе с грушами 95 деревьев – это в честь юбилея Ростовской писательской организации. Прекрасно! Саженцы лучших зимостойких сортов  нам подарил Федеральный научный Центр имени Мичурина. Там оказалось немало щедрых почитателей русской литературы. Уж какое им спасибо! Вот лет через пять взглянул бы на встающий  сад Михаил Александрович, послушал бы шелест его молодой листвы… Да еще если бы в компании с Григорием и Аксиньей, Макаром Нагульным  и дедом Щукарем, Давыдовым да бедовой Лушкой…

А съехались писатели в столицу со всех концов страны от Камчатки до Калининграда. Сейчас в Союзе больше 8 тысяч членов. Что ж, для 145-миллионной страны это не так уж и много, хотя во всем Советском Союзе, во всех вместе 15 его республиках «инженеров человеческих душ» было поменьше, и были они покрупней: Горький, Толстой, Леонов, Смеляков, Исаковский, Твардовский, Бондарев… Но вот что особенно печально и тревожно: среди этих  8 тысяч  насчитывается писателей до 35  лет, т.е. ровесников Лермонтова, Есенина и Шолохова, уже написавшего «Тихий  Дон», всего 4 %.  А 96% - ровесники или  уже старше Пушкина! И немало старше Толстого...

Многие делегаты рассказали с трибуны о жизни, о делах  в своих отделениях Союза. Немало в их речах было горьких слов о нынешнем трудном положении писателей: о сложности  издания книг, о ничтожных тиражах, о мизерных гонораре или о полном отсутствии его, о бытовых неустройствах… Но все-таки не везде так уж худо, кое-где власть поддерживает, помогает. И тут были названы имена высокопоставленных товарищей, думающих о писателях: губернатор Иркутской области Сергей Левченко, коммунист, мэр Новосибирска Анатолий Локоть, тоже коммунист,  губернатор Орловской области Андрей Клычков, опять коммунист, губернатор Белгородской области Евгений Савченко, губернатор Ульяновской области Сергей Морозов…

Не так давно был такой случай. Английский актер Сэм Лессер, приехав в Ясную Поляну и все рассмотрев в ней, решил, что это очень подходящее место для создания Шекспировского театра, где  ставились бы пьесы английского классика на родном английском языке. Какая многозначащая перекличка двух гениев разных эпох! Какой прекрасный символ дружбы двух великих держав! Мистер Лэссер так загорелся своей идеей английского внедрения в усадьбу Толстого, что согласился работать в этом театре при месячном окладе всего  в 25 тысяч рублей. Сотрудница музея с толстовской фамилией  Вронская заявила, что все сотрудники с восторгом встретили замысел иноземца. В интернете можно прочесть, что посильное участие в деле приняли наши артисты и режиссеры – Сергей  Гармаш, Вениамин Смехов, Ингеборге Дапкунайте,  Елизавета Боярская, да тут ещё почему-то  и хирург Лео Бокерия…

Да, прекрасный планчик, бесподобный культуртрегерский энтузиазм…. Но вот ведь какая закавыка: Толстой не терпел Шекспира, считал все его пьесы несуразными, фальшивыми. Понятно, что об этом могут  не знать Гармаш или Смехов, но ведь, судя по делу, это неведомо и работникам музея! Да едва ли знает и министр культуры Мединский…Конечно, можно представить себе, что разгадку неприязни Толстого дают строки Леонида Мартынова:

Я жил во времена Шекспира,

И  видел я его в лицо,

И говорил я про Шекспира,

Что пьесы у него дрянцо.

И что заимствует сюжеты

Он где попало без стыда,

Что грязны у него манжеты

И неопрятна борода…

Но ненавистником Шекспира

Я был лишь только потому,

Что был завистником Шекспира,

И был соперником ему.

Толстой, конечно, соперник Шекспира, но еще и завистник? Вот что угодно думайте, но он его не терпел. Однако  нашлись люди, которые  хотят, чтобы близ родного дома Льва Николаевича и над его могилой на английском языке звучал бы совершенно нетерпимый им соперник… Я тогда написал в главную тульскую газету письмо в защиту вкуса и покоя нашего гения. В страхе мне даже не ответили. Статью напечатала «Завтра». Но не помню я, чтобы кто-нибудь из нынешних верноподданных Толстых, которых мы то и дело видим на экранах телевизоров, выступили в защиту своего великого прародителя. Как можно-с? Не случатся ли международные осложнения… А княгиня Марья Алексевна, что в Кремле? Не знаю, как и почему, но до сих пор англизация Ясной Поляны, слава тебе, Господи, не состоялась.

Но вернемся к пленуму…  Для своих друзей и помощников среди губернаторов писатели  учредили почетные звания, а их представителям были вручены памятные статуэтки выдающихся сынов России. Все это очень хорошо, но и тут закавыка: вручали статуэтку и Петра Столыпина, главы правительства при последнем царе Николае. Как было не подумать: а что об этой наградной статуэтке сказал бы тот же самый наш яснополянский коллега? Ведь  он вот как адресовался Столыпину: «Пишу вам об очень жалком человеке, самом жалком из всех, что знаю теперь в России…Человек этот – вы сами. Не могу понять того ослепления, при котором вы можете продолжать вашу ужасную деятельность…Вас каждую минуту хотят и могут убить, потому что уже  по теперешней вашей деятельности вы уже заслужили ту славу, при которой всегда, пока будет история, имя ваше будет повторяться как образец жестокости и лжи… Вместо умиротворения вы до последней степени напряжения доводите озлобление людей всеми этими ужасами произвола, казней, тюрем, ссылок…»

Вас могут убить… Как в воду глядел: ведь убили…

Можно понять нынешнюю власть, правительство, члены которого на свои кровные трудовые отгрохали памятник вешателю: им Столыпин родня, он их учитель. Но писателям-то к лицу ли христосоваться с вешателем русского народа? Да уж хотя бы тем из них, которые сейчас на пленуме  получили медали Лермонтова. Ведь это он бросил в лицо столыпиным своего времени:

Вы, жадною толпой стоящие у трона,

Свободы, гения и славы палачи!..

Ну, как же так –Шолохов и Солженицын, Лермонтов и Столыпин, Локоть и Савченко! Тогда уж еще и Пушкин да Чубайс, Достоевский да Жириновский?  Надо выбирать…

Но – дальше! На пленуме был начат обмен членских билетов, надо же разобраться с этими тысячами «пишущих единиц». Первые билеты были вручены писателям-фронтовикам Юрию Бондареву и Владимиру Бушину. Юрий Васильевич, к сожалению, не смог прийти на пленум, билет приняла его дочь Елена Юрьевна. А В.Бушин после вручения ему билета выступил у микрофона. 

Продолжение: http://zavtra.ru/blogs/pushkin_v_tcdl

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic