Categories:

Лаврентий Гурджиев: Мы будем четырёхконтинентальной державой

О сталинской Антарктиде, и не только (часть I)

Что правит миром

Почти две с половиной тысячи лет назад Платон изрёк: «Идеи правят миром». Затрудняюсь сказать, был ли древнегреческий философ первым, кто постиг эту истину. Но только абсолютный невежда будет отрицать, что взаимоотношениями в человеческом обществе командуют финансовые, торговые, промышленные, военные, политические, культурные и прочие социальные силы и структуры, являющиеся продуктом материализованных идей.

Вопреки распространённому мнению проблемы идейности или безыдейности общества не существует. Она выдумана. Это всё равно, что нести чушь о «правовом» или «неправовом» государстве. Всякое государство рождается, существует и умирает исключительно в правовом поле. Иначе это просто первобытное стойбище, хотя уже там возникали неписанные правила поведения. Другое дело, что на протяжении всей земной истории мы наблюдаем нарушения и извращения правового базиса существования индивида или общества…

Но я сейчас не об этом. А о том, что существует не столько проблема идейности как таковой, сколько проблема духовности, гуманизма, научности господствующей идеи, либо – проблема её бездуховности, антигуманизма, антинаучности. Правильнее, впрочем, рассуждать о степени развития этих качеств у неё. Сами же идеи обязательно имеются даже у отсталого и примитивного общества. Причём, далеко не всегда степень их благородства или низости пропорциональна уровню высокоразвитой/малоразвитой экономики страны и материального благосостояния народа.

Примеры навскидку из жизни как вчерашней, так и сегодняшней. В мире мало кто мог тягаться с гитлеровской Германией в экономическом плане, хотя преступность большинства её идей очевидна. Куба не может похвастать выдающимися промышленными достижениями и зажиточностью населения, хотя светоносная духовно-культурная энергетика кубинцев знает мало равных себе.

Однако и не об этом пойдёт сейчас разговор.

Выкинуть слова из песни?

Давайте вспомним… песню. Знаменитую песню-марш времён гражданской войны: «Но от тайги до британских морей Красная Армия всех сильней». Хотя говорят, что из песни слов не выкинешь, сразу скажу, что это потеряло в 1947 году смысловую точность. Отныне текст должен был измениться и звучать так:

«Но от тайги до Антарктики, эй,

Красная Армия, ты всех сильней»!

Почему?

Ответ на данный вопрос тоже уходит корнями в прошлое и тоже в неблизкое – в XV-XIX века. Начнём с XIX.

В июле 1819 года из Кронштадта вышли два шлюпа – «Восток» и «Мирный». Первым парусником командовал капитан второго ранга Ф.Ф.Беллинсгаузен (он же начальник всей экспедиции), вторым – лейтенант М.П.Лазарев. Основная задача: исследовать моря Южного полушария и подойти «сколь можно ближе к полюсу». По пути велась научная работа, уточнялись карты предыдущих морских странствий, открывались новые острова. Вскоре оба корабля пересекли Южный полярный круг. Огибая «матёрые льды чрезвычайной высоты», т.е. айсберги, шлюпы приблизились к незнакомому берегу. Его современное название – Берег Принцессы Марты. Это случилось 16 января 1820 года. Непререкаемая дата является днём открытия русскими мореплавателями шестого и последнего неизведанного континента планеты – Антарктиды.

Но разве мир, в котором идёт беспрерывная идейная война, сталкиваются интересы больших и малых стран, метрополий и колоний, агрессоров и их жертв, может не пререкаться, не интриговать, не запугивать, не лгать и т.д.? Зряшный вопрос. В области географических открытий споры и конфликты на международном уровне разгорались ещё до нашей эры и описаны другим древнегреческим учёным – платоновским современником Геродотом. С каждым столетием они только обострялись, ибо географические аспекты столкновений между государствами чрезвычайно важны. Положительная сторона: они позволяют разоблачить потуги шовинистов и захватчиков всех мастей. Отрицательная сторона: они же позволяют подвести под эти столкновения идеологическую, а следом материальную базу, оправдать любую несправедливую экспансию.

Начало антарктической конфликтологии

Развитие капитализма и колониализма неуклонно подводили к главному. Имя ему – прагматический интерес, который стали проявлять к богом забытому материку западные страны в конце девятнадцатого века. Добавлю, что интерес постепенно становился всё ненасытнее.

Вскоре после плавания Беллинсгаузена и Лазарева состоялись отдельные попытки проникновения в Антарктиду, предпринятые англичанами и французами. Одну экспедицию снарядили янки. Потом вояжи к берегам материка совершили норвежцы и бельгийцы. Наряду с путешествиями общеизвестными, подробно освещавшимися в прессе, в Южное полушарие организовывались также экспедиции неоглашаемые. А в 1895 году в Лондоне состоялся VI конгресс Международного Географического Союза, обсудивший перспективы исследования шестого континента. Он был задуман и проведён в пику русским, которых на конгресс даже не захотели пригласить. (Правда, есть информация, что кое-кто из российских представителей там всё же присутствовал по личной инициативе.)

На рубеже XIX и XX веков появилось понятие «антарктическая зимовка». В Норвегии уверены, что первыми людьми, высадившимися на материк, был экипаж китобойного судна под командованием капитана Л.Кристенсена, и произошло это в 1895-м. Среди членов экипажа, уверяют они, находился учёный К.Борхгревинк, который тогда остался и успешно перезимовал в Антарктиде. Возможно, возможно… Но с ними категорически не согласны французы, чей соотечественник Ж.Дюмон-Дюрвиль посетил сей материк в конце 1830-х годов.

Во всяком случае, совершенно достоверно одно: в 1899-м в Антарктиде была заложена первая и примитивная полярная станция. Хотя большинство участников того проекта опять-таки были норвежцами, финансировали его англичане и все работали по британским заданиям. Забегая вперёд: англичане в разгар 1944 г., т.е. в разгар Второй мировой войны основали здесь аж целых две базы, что наводит на определённые размышления.

Обратим внимание также на то, что, наплевав на право первооткрывательства и вытекающей отсюда формальной принадлежности Антарктиды нашей стране, иностранцы посещали континент как бесхозную землю и соответственно вели себя. Царская бюрократия, неуклюжая и неповоротливая, неспособная заглядывать в будущее, не сумела «застолбить» за собой Антарктиду. Никаких действенных юридических актов совершено не было. О практических делах вроде отправки новых кораблей и подавно никто не думал. Это вообще было время разбазаривания русских земель. Стоит лишь вспомнить бездарную сделку Александра II по продаже Аляски.

Мне могут, конечно, возразить и напомнить о Средней Азии, Кавказе – регионах закономерной и прогрессивной экспансии России в позапрошлом столетии. Но то были успехи в приграничье, где опасность завоевания этих регионов нашими старинными недругами – Англией, Турцией и др. была видна невооружённым глазом. Это не требовало проявления государевой мудрости. Зато почти синхронная потеря Аляски и Антарктиды – яркое свидетельство отсутствия таковой у царского режима. О потерях дальневосточных земель в результате постыдного поражения в русско-японской войне и вспоминать не хочется.

Несмотря на то, что в последнее время появились публикации о складах с разнообразным имуществом, якобы оставленных Россией в Антарктиде ещё до революции, никакого подтверждения этому ни в каких архивах нет. Сказать, что Антарктида исхожена вдоль и поперёк, безусловно, пока нельзя. Однако налицо отсутствие артефактов – каких-либо следов пресловутых складов. Да и упомянутые публикации относятся к жанру художественной литературы.

Так, в одной из них повествуется, что-де в 1903 г. в Антарктику из России ушла экспедиция в составе трёх кораблей. И далее: «Все материалы экспедиции за почти четыре года плавания и почти год пребывания русских на Земле Королевы Мод (частью которой является Берег Принцессы Марты. – Л.Г.) впоследствии были засекречены в силу сверхуникальности». Выводы автора о том, что никто ничего не знает об экспедиции, потому что от окружения Николая II, т.е. от высших государственных сановников был скрыт состав её участников, смахивает на домыслы. Остаётся предположить вовсе смехотворное: может быть, вся экспедиция готовилась в тайне от самодержца.

Россия встала уверенной ногой на континенте только в советский период и в социалистическом облике. До того происходило порой интенсивное, порой замедленное проникновение в русское владение лишь непрошенных «гостей». А само владение, повторю, не признавалось «международной общественностью» в качестве российской собственности.

Между тем отгремела Первая мировая война. Аппетиты владык капиталистического мира всё росли, но планета была давно поделена территориально. Границы зон государственных интересов и влияния были чётко обозначены. Кто-то стремился их нарушить, пересмотреть, передвинуть, кто-то – отбить эти наскоки. Запахло Второй мировой войной. Актуальным ли было владычество над Антарктидой, столь удалённой от намечавшихся театров военных действий? Однозначно да. К тому же это был последний на Земле громадный и неподелённый край.

Продолжение: http://zavtra.ru/blogs/mi_budem_chetiryohkontinental_noj_derzhavoj

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic