Categories:

Татьяна Воеводина: Новое меньшинство

У меня есть сильное подозрение, что закулисные хозяева мировой игры нарочно выталкивают женщин вперёд

Британская The Telegraph сообщает любопытное. Обсуждается вопрос о введении в  британских университетах специальной квоты на новое меньшинство. Угадайте: кто они, эти слабые, особо защищаемые и специально покровительствуемые, которые сами не добьются не пробьются, не сумеют, не посмеют? Цветные женщины? Матери-одиночки?

Это прошлый век. В том смысле, что на эти меньшинства  уже давно есть свои квоты и льготы. Новое меньшинство – это белые мужчины. Согласно исследованию, на которое ссылается автор статьи, в двадцати трёх из ста сорока девяти обследованных вузов среди учащихся  преобладают женщины, притом, надо полагать, - цветные. Поэтому на повестке дня  стоит защита тех самых белых мужчин, которые полвека назад  считались опорой, защитой и надёжой, четверть века назад – по терминологии феминисток,  «свинскими шовинистами», которые злокозненно не пускали женщин на руководящие и денежные места, а вот теперь - оказались в меньшинстве: их надо поддерживать и защищать.

О чём это свидетельствует? Очень вероятно – о цивилизационном упадке. Согласно действующей общественной конвенции, повышение роли женщины в обществе велено считать   неоспоримым  знаком прогресса и развития. Однако это предмет веры, а не опыта. Опыт столетий свидетельствует скорее об обратном: женщина умственно и творчески слабее мужчины. Все великие писатели, учёные, предприниматели – мужчины.  Зачем же выдвигать на первые места в жизни тех, кто заведомо хуже и извините, глупее, кто менее сообразителен и предприимчив?

У меня есть сильное подозрение, что закулисные хозяева мировой игры нарочно выталкивают женщин вперёд. Расчёт прост. Они хотят оттеснить мужчин на обочину и дать дорогу коллективной тётеньке – более слабому, доверчивому, эмоциональному и легче манипулируемому существу. Которая, к тому же, будет благодарна за то, что её допустили, приняли, назначили, держат за что-то важное.  Иметь с ней дело – легче. Не беда, что умственный уровень политики, СМИ, да всего, что ни возьми – падает на глазах. Зато подлинным хозяевам жизни легче обделывать свои делишки.

Есть у бабьего засилья ещё один важный плюс (с точки зрения хозяев жизни). Чем больше женщины ориентированы на карьеру – тем меньше они родят детей. Так что заодно и население уменьшится. Люди ведь сегодня всё в меньшей мере дополнительные рабочие руки и всё больше – лишние рты, которых, надо снабжать хлебом и зрелищами. Да и мужчины, оттеснённые на обочину, мало что значащие, замороченные, не понимающие, что им думать о мире и о себе,  зашуганные политкорректностью и замордованные феминистками - удобны и не опасны.

Но процесс отжима мужчин на обочину жизни иногда идёт чересчур споро. Потому и приходится  вводить, как теперь, квоты на новое меньшинство – белый мужчина.

Сейчас в передовых странах вовсю бушует так называемая позитивная дискриминация. Как нам рассказывали во Франции,  при приёме на работу предпочитают цветного – белому, женщину – мужчине и т.п.  Это, конечно, дискриминация,  но - позитивная,  её велено приветствовать. Об этом же самом писал Патрик Бьюкенен в давней уже книжке «Смерть Запада» - про Америку. Там он говорит, что белый, англосакс, протестант, мужчина – это самое подозрительное и мало перспективное сочетание свойств для карьеры. Для обычного человека малоперспективное. Те, кто из-за кулис дёргает за ниточки, без сомнения, сами белые мужчины. Это как в старинном польском фильме «Новые амазонки»: цивилизацией женщин руководит-манипулирует переодетый мужик.

Это глобальные причины столь ничтожного положения белых мужчин, что их готовы объявить новым меньшинством. Есть и более частные.

Сегодня во всём мире высшее образование уже не гарантированный путь наверх. Лет пятьдесят назад окончание университета практически гарантировало человеку место в пресловутом среднем классе. Сегодня – нет.  Всё больший процент тружеников – это так называемый «прекариат» - люди невнятных, обрывочных и уж безусловно не профессиональных занятий. Марин Ле Пен в  книжке «Во имя Франции» говорит, что  треть работ, производимых во Франции, делаются силами таких вот трудящихся.

Ну и чего жевать жвачку в университете? - рассуждает «юноша, обдумывающий житьё».  А что надо? Попасть в струю, что-то прикольное накреативить и стать богатым.

Девчонки, более консервативные, послушные, всё ещё надеются, что, выучившись чему-то, они окажутся кому-то нужными. А мальчишки, похоже,  – ищут другие пути. Какие – они и сами не понимают, но старые - кажутся негодными. Отсюда – высшее образование и у нас становится всё более девичьим делом. Напротив Кремля, в старинном здании Московского Университета, расположены два факультета: журналистики и Институт стран Азии и Африки. В мои студенческие годы на обоих было полно парней, а среди востоковедов они абсолютно преобладали. Сегодня – одни девчонки. Это симптом:  молодые мужчины не верят в перспективность образования. Учись-не учись – путь один: в прекариат. И у нас, и у них.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!
Нажмите "Подписаться на канал", чтобы читать "Завтра" в ленте "Яндекса"

Продолжение: http://zavtra.ru/blogs/novoe_men_shinstvo

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic