Categories:

Михаил Смышляев: «Уральских изб душа живая»

О хранителях русской старины

Арамашево — старинное село, с 1631 года раскинувшееся на берегу речки Реж. Находится оно в центре географии Свердловской области: отсюда два часа езды автобусом до Екатеринбурга, чуть больше — до Нижнего Тагила. При своём основании, в XVII веке, входило в состав Верхотурского уезда — это самая южная, чернозёмная (по уральским меркам), хлебородная его часть. Тогда же, в XVII веке, это были места столкновений русских с отрядами татар, башкир и вогулов. Село и деревянную церковь не раз жгли. До сих пор живы предания об Арамашевском остроге, за стенами которого отбивал наездников служивый люд, о подземных ходах среди скал, по которым выводили женщин и детей. В XX веке Арамашево — одно из больших, крепких, развитых сёл, территориально входящих в состав Алапаевского района. Живо оно и сейчас.

Интерес, который привёл сюда меня, и исторический, и современный. В селе есть люди, которые сохраняют и берегут традиции, более того, делают их частью завтрашнего дня.

Гость и самовар как уклад жизни

"Первая трава — мята или душица. Вторая трава — очень важная, она растет у нас возле храма, на скалах, сейчас её называют чабрец, а настоящее название — "богородская трава", изумительная, очень полезная для здоровья. Забытый цветок, который сейчас считается сорняком. Но раньше он, ноготки да календула заменяли антибиотики. Кроме этого, обязательно должны быть ягоды шиповника, они также благотворно влияют на все органы. И последняя травка — зверобой. Это называется "чай на пяти травах"… Его и французы любят: врачи-гомеопаты приезжают к нам в село на сбор трав, живут в нашей церковной гостинице… Кушайте пироги с капустой, испечены на поду, в русской печи".

Женщина в русском костюме хлопочет вокруг меня. На столе самовар, запах пирогов по всей просторной комнате. Для хозяев это уклад жизни — встречать гостей с самоваром и пирогами из русской печи.

Вера Васильевна Реутова — человек-легенда села Арамашево. По профессии — учитель русского языка и литературы, по призванию души и сердца — человек, который служит людям. По её инициативе, ставшей народной, в селе был возрождён храм Казанской иконы Божьей матери, на месте полуразрушенных зданий появились краеведческий музей, православная гостиница, обустроен крещенский родник, создана музейная экспозиция в двух старинных избах, посмотреть которую приезжают и москвичи, и иностранцы.

"Очень важно, чтобы нас уважали!.."

Здесь — самая старая часть села. Церковь на камне — на высоте 42 метров, речка Реж будто и впрямь режет волнами. На том берегу — первобытный, никогда не рубленый хвойный лес. Музейная экспозиция — это две крестьянские избы XVIII века под одной шатровой крышей: зимняя и летняя. Окна с резными наличниками и ставнями, резной палисад, филёнчатые ворота. Внутри, во дворе, продолжаются деревянные чудеса: узорчатое, кружевное крыльцо, колодец-журавель, лавки да беседки, деревянные горки. Поражает искусный макет лошади в упряжке, с телегой — она и впрямь будто живая. В самих избах посреди сундуков, старинной мебели, самоваров и прялок как основа былой жизни, как мир символов и нерассказанных ещё, полностью неоткрытых тайн — бревенчатые стены с уральской росписью…

Вера Васильевна об этом может говорить с нежностью, как о самом дорогом и сокровенном: "Мы находимся в зимней крестьянской избе. Крестьянские поколения жили здесь с конца XVIII — начала XIX веков… Семьи очень большие, дружные: по 15-20 человек. Конечно, русская печь, полати, сундуки, поставцы, лавки — это было везде. Но такая роспись стен была только на Урале. Сюжеты добрые и говорящие. При том техника росписи очень сложная. Исконная уральская роспись — это роспись с оживкой. Тёмная краска, а по верху идёт беленькая. Краски не такие яркие, как на тагильских подносах, но они мягкие, изготавливались на основе природных материалов: белой и красной глины, к ним добавлялись свёкла и морковь, минеральные красители "жёлтая вохра", "земля лазоревая". Конечно, за всеми птицами и цветами в росписи есть огромная смысловая часть. Птицы смотрят друг на друга — образ семьи. Семья так и должна жить, что в те времена, что сейчас: нужно смотреть не в компьютер, телевизор или телефон, а друг на друга, и понимать друг друга с полуслова, с одного взгляда.

Цветы в росписи — символ радости. Есть в росписи на стенах и родовое древо: яблочко и цветочек означало рождение ребенка…Петушок — это защитник дома: именно петух как самая чуткая птица спасал многие дома от пожара. Петушок считался защитником дома и от злых, завистливых людей.

В росписи всё направлено на радость сердца. Наверху родового древа всегда рисовали птицу счастья, с пышным опереньем. Круг в середине древа — на стенах и на потолке — жизненный круг человека, движение в нём по часовой стрелке: от нашего рождения до ухода из жизни. Дети — новые ростки древа. Есть сова — птица мудрости. Обозначались четыре стороны света. В родовом древе самая большая радость та, что род не умрёт, он будет продолжаться. Роспись — правильнее сказать, не "рисунок", а "малеванье". Мазок от души, и сюжет создавался!"

Вера Васильевна Реутова когда-то работала директором сельского дома культуры. Были зал, переполненный зрителями, вечера, концерты. Она — человек с организаторским и актёрским талантом: могла сама спеть, сплясать, читала стихи… Стаж работы в школе — около сорока лет: четыре поколения учеников — почти все жители села. Уйдя на пенсию, почувствовала за собой силу, которая и в самые трудные времена может менять окружающую жизнь к лучшему. Эта сила — её ученики, которые давно имеют семьи, профессии, сложившийся жизненный уклад, но школьный учитель русского языка и литературы Вера Васильевна Реутова, как и её супруг, преподаватель труда Николай Ильич Реутов, по-прежнему — высшие авторитеты. Супруги Реутовы, которые росли в этих же местах, трогательно и верно дружили со школьных лет, большую часть жизни отдали народному образованию, и за последние 10—15 лет сотворили в селе Арамашево настоящие чудеса.

Первым было возрождение храма Казанской иконы Божьей матери. Супруги Реутовы объединили вокруг себя бывших учеников и провели множество субботников в полуразрушенном здании храма. Сейчас храм полностью восстановлен — нашлись благотворители из Екатеринбурга, давно ведутся службы. А начиналось с субботников, в которых принимали участие чуть ли не все сельские жители: взрослые и дети, бабушки и дедушки с внуками. Сельские энтузиасты восстановили и святой источник — родник вблизи храма. Теперь это — красивейшее место на селе, сюда ведёт тротуар с резными перильцами. И вода в роднике, как в старину, освящается в праздник Крещения Господня.

Следующий шаг — восстановление полуразрушенного дома купца Загайнова. На это ушло семь лет, но результат того стоил: сейчас в нём располагается сельский краеведческий музей, где Вера Васильевна несколько лет поработала директором… А потом новая идея — восстановить стоящие среди запустенья, хлама и репейника две избы конца XVIII века. Там была, смотрела на мир из-под заплесневелых обоев настоящая уральская роспись. А Вера Васильевна росла в доме с такой же росписью. Но можно ли это было восстановить, сохранить? Удалось.

В 2009 году она приняла участие в конкурсе грантов по народным промыслам. Правда, на подготовку проекта "Уральских изб душа живая" у неё была всего одна ночь: сроки сдачи проектов подходили к концу. Но она успела подготовиться к конкурсу и стала одним из его победителей! А ведь было около пятисот проектов со всей России. Москвичи с тех пор регулярно возят сюда на экскурсию детей и называют проект одним из самых тёплых и любимых проектов Фонда.

В Арамашево ездят уже и гости из США, Франции, Германии, Голландии. Европейцы, кстати, очень любят что-то настоящее, народное, подлинно самобытное. А Вера Реутова говорит: "Очень важно, чтобы нас уважали!.. Для меня, как для учительницы, важно, чтобы в души детей мы заронили свою народную культуру". Она к своему ученику любого возраста может подойти на улице: "Солнышко, я нашла для работы новый объект. Хочешь помочь? Приходи!". Все объекты восстанавливались соборным способом! Именно так вернули к жизни храм, святой источник, обустроили православную гостиницу, музей — бывший купеческий дом, избы конца XVIII века. Московский фонд выделил грант, но в восстановлении двух старинных изб приняло участие 27 семей арамашевцев.

Вера Васильевна — человек верующий. Бывало и пешком до Верхотурья с крестными ходами паломничала, и со своими учениками путешествовала по тропе Симеона Праведного — небесного покровителя Урала и Сибири. Ей это не в диковинку: раньше занималась пешими походами, сплавами.

В сельской администрации ей с некоторых пор говорят: "Как же хорошо у вас получается… А возьмитесь-ка вот ещё за этот объект…" Кстати, музейная экспозиция "Избы с уральской росписью" полностью держится на общественных началах. Летняя изба конца XVIII века — помещение не менее интересное, и также с росписью на стенах. Она всегда была холодной — здесь стояли кадушки с капустой, с мясом, маслобойки; лестница и вверху — просторный, широкий сеновал…

Вера Васильевна считает себя ученицей и последователем своего земляка Ивана Самойлова — всем в области известного краеведа, создавшего Нижне-Синячихинский музей деревянного зодчества под открытым небом. Жаль только, говорит, что супруг Николай Ильич в последнее время сильно болеет — откладываются некоторые незавершённые планы и идеи. Например, реставрация сохранившейся в селе избы XVII века.

…В последний раз я здесь был в разгаре, в цветенье лета — в июле…Будто сейчас вижу, как, испив водицы из Крещенского родника, иду вверх по горе к красивейшему храму Казанской иконы Божьей матери. Под ногами — луговые травы, спелая земляника. Я думаю о том, что что-то останется. Ведь "Уральских изб душа живая" — это мастер-классы по уральской росписи и плетению из берёсты, изготовление тканых ковриков, сувениров (подков и оберегов), церковные праздники, праздники русских костюмов и традиционные чаепития. Даже свадьбы в этих избах проводят. И не хмельные, а с морсом и квасом, с молодой деревенской картошкой и соленьями. На лошадках можно покататься: в кошёвке, в санях, на телеге, верхом. А кто-то в селе свои дома, ворота, палисадники украшает в возрождённых традициях уральской росписи…Есть у традиции наследники: художники Ольга Мохунова, Яна Никонова, берестяных дел мастер Тамара Деева, сельский любитель лошадей Александр Шалагин… И что будет в души заронено, то и прорастёт.

Продолжение: http://zavtra.ru/blogs/ural_skih_izb_dusha_zhivaya

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic